Взгляд на происходящее после десяти туров. Предлагаем вашему вниманию точку зрения нашего постоянного автора Attila1.

"… Вся моя жизнь расписана по минутам, и мне уже надоело так жить. Я устал. Такое ощущение, что я – просто очередное задание, еще один пункт в ежедневнике Господа Бога: итальянское Возрождение вписано сразу за средними веками. Всему свое время и время всякой вещи под небом. Всякой тенденции, прихоти, фазе. Листаем страницы. Екклесиаст, глава третья, стих с такого – то по такой – то. Век информационных технологий запланирован сразу после промышленной революции. Потом идет эра постмодернизма, потом – четыре всадника Апокалипсиса. Голод. Готово. Чума. Готово. Война. Готово. Смерть. Готово. А между большими событиями – землетрясениями и цунами – Бог втиснул еще и меня".
Ч. Паланик. "Уцелевший"

Пролог. Неаналитический, В котором рассказывается о десятке, отмене Апокалипсиса и о том, что в историю легче вляпаться, чем попасть.

Вот они – десять матчей.

Декалог, анонсированный Роем Ходжсоном уже, кажется, очень давно. Еще в ветхозаветный сентябрь, когда мы успели опробовать ничью, разгром и натужную победу в родных стенах.

Его десять заповедей поющему "Энфилду".

А потом снова ничья, снова поражение. И снова ничья.

Между ними и сегодняшним днем успел побывать Новый Октябрьский Завет, одной из частей которого стали эпические поражения Блэкпулу, отчаянный провал в дерби и отложенный в ящик письменного стола небольшой Апокалипсис. Масштаба графства Мерсисайд. А может, и того меньше, хотя какая разница – все равно он не состоялся.

А потом два поражения. А потом две победы.

Десять негритят, с которыми по считалочке творится разная чертовщина. Трое – третий (вернувшийся - таки из Девона), девятый (не сгоревший на солнцепеке) и десятый (не нашедший веревки, чтобы повеситься) – выжили и взяли каждый свои три очка. И если бы не было этих уцелевших, считалочка для Роя закончилась бы именно так, как в африканском оригинале – "…и никого не стало".

Но она так не закончилась. И, если я еще достаточно доверяю самому себе – не закончится. Надоевшая уже всем апокалиптика с 4-мя всадниками финансового краха, отставок, массовых распродаж и вылета в чемпионшип не будет. Дешевых ужастиков Джорджа Ромеро, где американские зомби едят мозги несчастных жертв, не будет. Конца истории Фукуямы – не будет.

Да, приходится констатировать, что в 2010 мы вляпались в историю, а не вошли в нее. Что сезон вошел в нас, а не мы в сезон (цитата приводится по высказыванию Crow19). Что обдирание коленок и заляпанность грязью, которые я обещал в ТЗ, посвященной отставке Бенитеса, - вот они.

Но все эти глаголы совершенного вида – это обозначение процесса. Чертовски неприятного процесса, но не имеющего ничего общего с вялым бегом, упершись лбом в стенку тупика, как это происходило в прошлом сезоне.

Вы, втиснутые в историю "Красного" кризиса и уцелевшие в нем:
"Проверка, проверка. Раз, два, три.
Проверка, проверка. Раз, два, три.
Возможно, эта штука работает. Я не знаю. Слышите ли вы меня, я не знаю. Но если вы слышите меня – слушайте…".

Глава Первая. В которой рассказывается о силе слова, инерции и плохом бюро находок на "Энфилде". 

Здесь камни похожи на мыло,
А сталь похожа на жесть,
И слабость, как сила,
И правда, как лесть.
И не ясно, где мешок, а где шило,
И не ясно, где обида, где месть.
И мне не нравится то, что здесь было,
И мне не нравится то, что здесь есть.
Кино

Он сказал: "Мне кажется, что таблица не представляет из себя особого интереса тура до десятого. Вот тогда есть смысл оценивать, насколько далеко оторвались те, кто выше тебя, или какое у тебя преимущество над теми, кто ниже".
А они сказали: "Honeymoon is over".

Эта фраза с подачи одного из обозревателей BBC стала одной из самых модных при оценке третьего этапа деятельности Роя – того самого вхождения в сезон. Или наоборот.

Оптимизм разной степени сдержанности, предчувствие перемен, ощущение проветриваемой комнаты, удержание ведущих звезд, прекрасный разогрев публики Роем и под Роя, парад молодежи в предсезонке и, довольно неожиданно, "громко" воспринятые матчи 3-го отборочного раунда Лиги Европы и раунда плей-офф – были составляющими того самого медового месяца.

А потом - первые трещины в семейной фоторамочке в форме сердечка. Появились сразу же. В матче с Арсеналом все поняли, что "Работнички" - это было когда-то давно.

Следующий матч против Манчестер Сити поставил вопросы о тактических причудах Роя и подарил первый за два сезона сухой разгром.

Матч против Вест Бромвича на "Энфилде" уже не смотрелся проходным. Он был минимально выигран без какого бы то ни было игрового преимущества.

Трех матчей вполне хватило, чтобы предсезонные каштаны Роя полетели в камин, и вытаскивать их оттуда нужно было уже голыми руками.

Он сказал: "Не вижу повода волноваться после трех матчей".
А они сказали: "Ливерпуль давно не проигрывал с разницей в три мяча". Они сказали: "Ливерпуль давно не показывал такой отвратной игры на своем поле".